Главная
Благовещение
Страницы истории
Богослужение
Воскресная школа
Воскресные беседы
Галерея
Хочу поделиться
Осторожно секта
Объявления
Новости
Контакты
Нужна помощь
Карта сайта


Календарь' 2017
СЕГОДНЯ:






СВЯТЫЕ ДНЯ

ЧТЕНИЕ ДНЯ


Незнакомое православие. Отвергающим, сомневающимся, ищущим, ликбез, заблуждения, оглашенным, новоначальным, успокоившимся, воинам Христа.
вопрос о вере
Главная > Хочу поделиться > Хочу поделиться... > Как я ездила на Валаам, часть 4

Как я ездила на Валаам, часть 4

 Наступило 10 августа. С утра все было как обычно - служба, панихида в храме на Игуменском кладбище и работа на участке вокруг храма. Я работала одна, иногда мое уединение нарушали группы паломников - так их называли. Хотя я сама для себя называла их туристами. Паломники - это те, кто едет в святые места молиться, а туристы - узнать историю. И полюбоваться художественными достоинствами храмов. Они не лучше и не хуже друг друга, просто у каждого в определенный момент своя цель. На Валаам туристы обычно приезжают из Санкт-Петербурга на теплоходе, и посещение Игуменского кладбища входит в маршрут. Экскурсия проходит очень быстро, но почти в каждой группе находился человек, который успевал поговорить со мной. Начинался разговор всегда с одного и того же вопроса: «А розы вы на зиму укрываете?» Люди думали, наверное, что я тут живу постоянно и все знаю. Сначала я объясняла, что сама тут третий день, но потом устала и отвечала однозначно: «Нет». (Это я узнала у Сергея.)

Вот и в тот день мужчина из туристической группы спросил о розах и, узнав, что их не укрывают на зиму, очень удивился: «Надо же, тут же практически север. А мы даже в Подмосковье укрывали розы на зиму, иначе вымерзают».

Тут я заинтересовалась: «Вы из Подмосковья? А откуда именно?» Мужчина объяснил, что сейчас он работает в Германии, а раньше жил в городе Пущино и трудился там в Институте белка. Мой интерес к нему резко возрос. В Пущино живет моя тетя и две двоюродные сестры. Одна из них заведует бюро технического перевода в названном институте.

Конечно, я на всякий случай спросила, не знает ли он мою сестру. Мужчина, услышав Танино имя, прямо засиял. Оказалось, что они не только знали друг друга, но и очень тесно сотрудничали. Таня часто переводила статьи из иностранных научных журналов, необходимые ему для работы. Было почему-то очень приятно разговаривать с ним. Прежде всего потому, что в этот момент понимаешь, что мир не такой уж большой и страшный, а в общем-то домашний и уютный, везде можно найти знакомых и даже друзей. Ну и Таню я всегда вспоминаю с теплом в душе. А еще я представила, как расскажу сестре о встрече, как она удивится и обрадуется и как мы будем вспоминать Валаам, на котором она тоже была…

В обед появился Сергей и сообщил, что сегодня братия монастыря отправится в Смоленский скит на молебен. А поскольку сегодня день Смоленской иконы Божией Матери, могут и трудников взять, если место в автобусе останется. Во все другие дни скит для мирских закрыт, Сергей разрешил мне не приходить после обеда на работу, а попробовать попасть в скит.

Пообедали. Все разошлись из трапезной. Никто никуда не идет, никаких разговоров о поездке. Где узнать? Дежурный на Святых вратах тоже ничего не смог мне ответить. Я решила, что или Сергей что-то не понял или я, и решила пойти на молебен у мощей преподобных Сергия и Германа - основателей монастыря. Рака с их мощами находится в нижнем храме Преображенского собора. Но если в Троице-Сергиевой Лавре мы, например, видим мощи преподобного Сергия через стекло и можем приложиться, то здесь все по-другому. Мощи хранятся глубоко в земле, а сверху большое каменное четырехугольное надгробие - это называется «мощи хранятся под спудом». Валаамский монастырь в старину несколько раз разоряли шведы, и монахи, чтобы избежать поругания святыни, были вынуждены спрятать ее под землю.

Кстати о шведах. Рассказывают, что в XIV в. шведский король Магнус лично возглавил войско, в очередной раз спешившее разорить монастырь, но попал на подступах к Валааму в страшную бурю. Что произошло в его душе в тот момент - Бог весть, но в результате король не только отказался от своих безбожных планов, но и остался в обители, принял постриг и после смерти был похоронен на Старом братском кладбище. Было это давно, и некоторые считают эту историю легендой. Но я своими глазами видела старую могилу с такими словами на надгробии: «Схимонах Григорий, шведский король Магнус».

Молебен у мощей преподобных закончился. Я подошла приложиться к каменной плите, накрывающей мощи, и услышала за спиной оживленный разговор. «Быстрее, быстрее, нас ждать не будут!» - подгонял своих прихожан священник. Это была та группа из Вологды, с которой я встречалась на Игуменском кладбище. «Батюшка, а можно я с вами?» - «Не знаю, матушка, будет ли место». Святителю отче Николае, помоги рабе Божией Людмиле попасть в Смоленский скит. То, что они едут туда, я уже поняла.

Мы выбежали из Святых ворот монастыря, там стояли два стареньких автобуса. Один уже был заполнен монахами. Во второй разрешили сесть нам. Детей - на руки, кто постройнее - на два места по три человека. Автобус был буквально набит битком, но не было раздражения и агрессии, которые обычно появляются в такой ситуации в общественном транспорте. Наоборот, чувствуется эмоциональный подъем, все стараются поудобнее устроить не себя, а соседа. И за это тоже я так люблю наших паломников!

 Смоленский скит

Любуясь валаамскими красотами, мы доезжаем до монастырской фермы. Теперь нам надо перебраться через пролив на остров, где расположен скит. Построили его после Первой мировой войны - в память о погибших монахах. Жил там старец о. Николай. Он принял на себя подвиг ежедневного служения литургии с поминанием всех усопших монахов-воинов. Продолжался его подвиг 40 лет! В советское время скит разрушили, и вот в 2005 г. восстановили в первозданной красоте. У берега стояло плавающее средство, которое я бы назвала «плот с мотором». Сначала переправились братья, потом - мы. Вошли в храм, молебен все не начинается. Наверное, ждут кого-то. И действительно - вот в дверях появляется настоятель монастыря, он сам будет служить. Слушаю службу и молюсь за монахов, погибших в Первую мировую, и за свою дедушек, пропавших без вести в Великую Отечественную…

Тем же путем возвращаемся на центральную усадьбу монастыря. Успеваем на вечернее богослужение. Сегодня со Светой беседовать некогда - завтра причащаться, надо готовиться…

На следующий день я причастилась святых тайн. Это был как бы результат моего пребывания на Валааме. Пора было собираться домой.

После работы я решила погулять по острову и посетить те скиты, куда пускали женщин. На автобусе я доехала до Воскресенского скита, а обратно решила пойти пешком, заходя в скиты. У меня была карта, да и не одна я предпринимала такое путешествие. У Воскресенского скита есть ещё один причал (кроме того, что расположен у центральной усадьбы монастыря), к которому прибывают туристические теплоходы.

Воскресенский скит в соответствии со своим названием выглядит очень торжественно и радостно. Знаменит он тем, что там устроена кувуклия, в точности повторяющая место погребения Христа в иерусалимском храме Воскресения Христова. С разрешения монаха можно встать на колени, проникнуть в небольшую пещеру и помолиться, представив, что ты в Иерусалиме.

Недалеко от Воскресенского скита на высоком отвесном берегу оборудована смотровая площадка. Здесь всегда фотографируются туристы. С этой площадки открывается один из самых красивых на Валааме видов. Хотя, честно говоря, мне трудно было выбирать. Строгая, торжественная гармония царила повсюду. Мне, например, особенно нравилось вечером дойти до Никольского скита и посидеть на лавочке. Справа - храм Никольского скита, к нему перекинут деревянный мостик. Слева - островок с вековыми соснами. А прямо перед глазами гладь Ладожского озера. Если солнце ещё высоко, то линия соединения неба и воды почти незаметна, и ты чувствуешь себя как бы между небом и землей. Ну а уж если попала сюда во время заката, тут уж вообще никаких слов не хватит описывать эту чудную картину. Я сразу вспомнила английского писателя христианина Честертона. Он говорил: «Мне очень жаль атеистов. Они видят красоту заката, но не знают, кого за то благодарить! И действительно, когда красота созданного Богом мира вызывает такой восторг,  ничего, кроме «Слава тебе, Господи!», сказать невозможно.

К вечеру, после ранней литургии и довольно долгого нашего путешествия по острову, я очень устала. Как хорошо было сидеть со Светой на кухне, пить чай и чувствовать, что сделала хорошее дело и для себя, и для Маши. Телефонный звонок, как пишут в романах, раздался как гром среди ясного неба. Света сняла трубку, поздоровалась с сестрой, улыбаясь. Но улыбка тут же сошла с её лица. «Как? - проговорила моя хозяйка. - А она завтра с утра собирается!» Я поняла, о чем разговор - о моём отъезде. И тут же вспомнила: приехать надо было сегодня - в субботу, потому что в воскресенье теплоход с Валаама не успевает на автобус до Олонца, откуда меня Люда отвезет до поезда, отправляющегося из Лодейного Поля. Другой автобус уже поздно, на нем не успеешь! А билеты у меня, значит, они и Дашу не смогут отправить домой! А денег у меня осталось мало, билет пропадёт, и новый я купить не смогу. Неприятный холодок побежал вдоль позвоночника. Что я натворила?! Как могла забыть всё то, что говорила мне Люда?! Мало того, что злоупотребляю гостеприимством этих милых людей, так ещё и создаю им дополнительные проблемы!

Света первая приходит в себя. «Давай читать акафист святителю Николаю», - предлагает она. Читаем. Молитвенный опыт у меня небольшой, но я очень стараюсь. Досада на себя, стыд и надежда сменяют друг друга…