Главная
Благовещение
Страницы истории
Богослужение
Воскресная школа
Воскресные беседы
Галерея
Хочу поделиться
Осторожно секта
Объявления
Новости
Контакты
Нужна помощь
Карта сайта


Календарь' 2017
СЕГОДНЯ:






СВЯТЫЕ ДНЯ

ЧТЕНИЕ ДНЯ


восстанови храм
Незнакомое православие. Отвергающим, сомневающимся, ищущим, ликбез, заблуждения, оглашенным, новоначальным, успокоившимся, воинам Христа.
вопрос о вере
Главная > Воскресные беседы > Беседы, 2009 год > Священномученик Павел (Ансимов)

Священномученик Павел (Ансимов)

 С давних времен православные, открывающие церковный календарь 21 ноября, читали, что в этот день Церковь празднует Собор Архистратига Божия Михаила и всех бесплодных сил небесных. И дальше шли имена всех архангелов. Так было до 2005 г., а с этого года  на страницах календарей появилась ещё одна надпись. Было добавлено: преподобносвященномученика Павла …. и в скобках цифра 1937. Человека, который сподобился навечно остаться рядом со всеми Небесными силами и находиться под их покровительством, звали  Павел Георгиевич Ансимов. Его сын, Георгий Павлович, написал воспоминания и назвал их  «Уроки отца», по этой книге мы и будем проводить беседу.

Родился Павел Георгиевич в селе Четыре Бугра под Астраханью 24 августа 1891 г. Отец и дедушка его были священниками. Окончил  Казанскую духовную академию и очень рано понял, что  жизнь  хочет посвятить священнической деятельности или вопросам теологии. В результате долгих раздумий молодой человек решил, что отдаст предпочтение священству.  Он обладал хорошим слухом и голосом и очень любил церковное пение.

В 1912 г. Павел Георгиевич женится на Марии, дочери протоиерея Вячеслава Сельверстинского. В книге сын начинает рассказ об отце с 1916 года. Отцу Павлу в это время 25 лет. Он успешно учится в Казанской академии, очень счастлив в браке. У них с женой на этот момент уже была 2-летняя дочка Надежда, и  они ожидали второго ребенка. Молодые родители понимали, что нельзя просить у Бога ребёнка какого им хочется пола, но все равно мечтали о сыне, поскольку дочка у них уже была. И Господь посылает им двух мальчиков, которых называют в честь дедушек – Вячеслав и Георгий. Казалось бы, вот оно счастье мирское, всё у человека есть - и образование, и любимая работа, и семья, и дети. Но мечта студента академии и молодого отца рухнула, едва столкнувшись с реальностью. В это время Россия как раз встаёт на дыбы, начинается война, которая перерастает в мировую, затем зарвавшиеся бунтовщики свергают помазанника Божия. Как показывают последние исторические исследования,  государь не отрекался от престола - его именно свергли. Царя свергала тогдашняя политическая элита, а потом пришли большевики и уничтожили всех предшественников, подтвердив еще раз наблюдение, что революции всегда пожирают своих детей. Всё в стране перевернулось.

В Казани, где живёт семья Павла, голод, нищета и разорение. Бумажные деньги недействительны, советским деньгам никто не верит и не берут их в обращение, действуют только мелкие царские деньги. В основном преобладает натуральный обмен: на еду меняют золото, меха, драгоценности. У студента никаких драгоценностей нет, а только 2 золотых обручальных кольца, расстаться с которыми нельзя. Единственная пища семьи в этот момент – обед в Академии, который получает отец Павел. У молодой матери не хватает молока от голода, ведь даже свою часть пайка, которую приносит отец, она старается отдать детям. Отец Павел подрабатывает в храме при пороховом заводе, но это скорее не приработок, а милостыня. Работает он только за то, что пожертвуют прихожане, которые сами небогаты. Один из близнецов, Вячеслав, умирает на руках у матери. И не из чего даже гроб сделать – невозможно достать досок, Отец Павел своими руками из ветхого старья колотит маленький ящичек, кладёт туда новорождённого сына. Но даже в этом небольшом ящичке тела новорождённого не видно - настолько он истощён от голода. Хозяева квартиры хмурятся, потому что из столицы доходят веяния борьбы со священством. Они боятся рисковать. В академии кидают камни в окна, освистывают на улице. Но Павлу во что бы то ни стало надо доучиться, он остаётся в Казани, а семью – жену, дочку и младенца Георгия - отправляет вниз по Волге к родственникам в село  Пологое. Сажает на проходящий пароход и отправляет  одних. Это было судно, которое возило лес, потому что пассажирские  не ходят.

Все выпускники академии понимают, что их путь пойдёт среди озлобленного, изголодавшегося зла. В это время подписывается позорный для России Брестский мир. Россия, которая почти выигрывает войну, отдаёт свои западные части и обязуется платить большие контрибуции. Начинается голод в Поволжье, где, как говорится, сунь оглоблю - вырастет тарантас, но большевики и здесь умудряются организовать голод, доводящий  до людоедства. Под видом борьбы с голодом в Поволжье и для выплат контрибуций организуется компания по изъятию церковных ценностей. Патриарх Тихон благословляет участвовать в этом процессе, но говорит, что нужно отдавать не те ценные предметы, которые нужны для богослужения, а оклады, золотые цепочки, серьги. Охота за церковными ценностями надолго стала одним из направлений работы НКВД.

Отец Павел получает назначение в станицу Ладожская на Кубани. Он сначала приезжает за своей семье в село Пологое. Им нужно дойти до Краснодара и там уже до станицы. Доехать до Краснодара нельзя, потому что на поезда сесть невозможно. А в некоторых местах даже пути взорваны. И они идут пешком из села много дней. Дочке на этот момент 4 года, мальчику 2 годика. По дороге где брать пищу на пропитание? Кое-как находят место на ночь, а утром матушка идёт на паперть храма просить Христа ради детям на пропитание. В один из дней она получает несколько копеек, сухарь и просвирку. На деньги покупают ломоть хлеба и 3 яйца. Но согревало их в этом ужасе и держались они на том, что впереди их ждёт живой и действующий храм, войдя в который можно сказать: Благословен Бог наш.

 В станице продовольственное положение полегче, поскольку ещё не докатилась революционная волна. Действует храм, при котором есть дом для священника и хозяйство. Семье дали коров, лошадь. Матушка окончила высшие женские курсы в Москве, батюшка всю жизнь прожил в городе, кончил Казанскую академию - и тут они оказываются на сельском хозяйстве. На помощь станичников рассчитывать не приходится, потому что казаки народ суровый. Они приглядываются к батюшке, для них важно, не какой он священник, а какой работник, как он будет вести хозяйство.

Отец Павел весь день служит – до него на приходе долгое время не было священника и накопилось много работы (службы, требы), Матушка должна сама заниматься хозяйством. Она возится с лошадью, доит корову. В первый год никто не помогает - присматриваются. Даже когда телилась корова, никто не помог, все смотрели из-за высокого забора, как она с этим справится. А главная помощница матери - 8-летняя дочка. Она опять их единственный ребенок. Еще по дороге в станицу младенец Георгий, второй из близнецов, умер на руках у отца. Родители похоронили его прямо в степи.

В станице у них рождается ещё мальчик, которого опять называют Георгием (автор книги). Потихоньку новоявленные станичники привыкают к хозяйству. Но тут новые трудности - агитаторы из Краснодара. Они приходят в храм, начинают выкрикивать кощунственные лозунги,  окурки тушат о стены храма или бросают их на блюдо для подаяния. Ведут себя вызывающе и провокационно, в шапках, с оружием приходят в храм. В таких условиях отцу Павлу приходится вести службу. Потом храм закрывают. Станичники, запуганные, боялись подойти не то что к храму, а даже к его служителю. И здесь молодого священника впервые посещает чувство загнанности. Когда паства от него отворачивается и он остаётся один, его единственное прибежище - семья. Появляются новые священники, так называемые обновленцы. Они за советскую власть и готовы сломать многовековой обряд богослужения, только бы их не гнали и не преследовали. Люди не разбираются в тонкостях обрядов и начинают ходить к ним, в обновленческий храм. Многие начинают дружить с обновленцами - и это ещё один удар по 30-летнему отцу Павлу. Они понимает, в чём разница и что делать этого нельзя. Но объяснить никому этого не может.

В это время из Москвы приходит сообщение от тестя, что на окраине Москвы есть храм – Введения на платочках. Там появилось место регента, а поскольку отец Павел музыкально образованный, он может быть регентом. Семья решает перебраться в Москву. В это время антицерковный террор набирает силу. Все ужасы, которые свалились на их голову, оказываются только началом тернистого пути.  По Москве носятся слухи о сносе Страстного монастыря. Отец Павел, услышав об этом, поехал помолиться, но увидел, что кругом уже одни руины. Монастырь  разрушен,  и вокруг бродят те, чьи кельи остались под клубами кирпичной пыли.

Живет семья в районе Черкизово. Однажды слышат как бы гул далёкого землетрясения, и узнают, что в это время был взорван Храм Христа Спасителя - главный престол Москвы, чудо творения художников и инженеров, построенный на деньги народа в память о войне 1912 года. Потом пошли слухи о физическом уничтожении священников: одного повесили на Царских вратах, другого гоняли голого вокруг храма, а потом сбросили с колокольни. В это время идёт переагитация духовенства, советская власть пытается привлечь их на свою сторону. Регенту храма Христа Спасителя Александрову предлагают возглавить армейский ансамбль песни и пляски, позже ансамблю было присвоено его имя. Протодиаконы Михайлов и Редикюльцев поют в Большом театре. Их уникальные голоса очень там пригодились.

В храме, где служит отец Павел, совершенно некому петь: люди боятся, потому что в это время убивают не только священников, а всех – старост, тех, кто моет полы. Однажды появляется группа слепых. В детстве благочестивые родители научили их петь, чтобы могли заработать на пропитание. Репертуар очень ограничен, и хотя голоса сильные, но они мало обучены церковному пению. Отец Павел берётся с ними заниматься. Но как дирижировать слепыми? Стучать камертоном? Слышно по всему храму, и отец Павел придумывает стучать по коробку спичек. Звук слабый, но он резонирует, а поскольку у слепых обостряются другие органы чувств, то они его слышали. Хор оказался хороший, выучился петь. Отец Павел служит регентом, но в душе мечтает быть священником.

Недалеко, в храме Введения около Покровского моста, освобождается место священника, и объявляют конкурс. Надо отслужить литургию и сказать проповедь. Отец Павел служит литургию, а потом нужно сказать проповедь. Это был праздник Троицы, кончилась служба, и батюшка пошёл в алтарь, чтобы взять крест для благословления людей. А над входом в алтарь помещалось изображение Святого Духа, оно было украшено цветами, и когда священник входил в алтарь, сорвался цветок из венка и упал ему на голову. Когда цветочек стал падать - все ахнули, а когда увидели цветочек остался на голове отца Павла, восприняли как знак благословения. Прихожане храма выбрали отца Павла своим священником. Проповедь. Что мог сказать людям в те времена священник? Как объяснить то, что происходит с Церковью, когда, казалось бы, даже благочестивые люди терпят такие ужасы? Он им говорит: «И если спросить: Господи, что же такое счастье и где оно? Я всё потерял, теряю или могу потерять, так разве есть оно? И мы, православные христиане, молодые или узнавшие жизнь, полные сил или больные, семейные, неженатые, вдовые, должны сказать: «Боже, счастье - это моё умение с благодарностью радоваться тому, что ты мне дал сегодня. Благодарю тебя, Боже, за то, что ты мне дал, я возрадовался тому, что я имею, и постараюсь не утратить твоего дара».

Когда сын Георгий в конце книги пытается обобщить уроки, которые дал ему отец, он подчёркивает, что эта мысль была главной. Что счастье - это умение благодарить Бога за то, что у нас есть, и понимать это. Но служит в этом храме отец Павел недолго. Вообще за свою недолгую службу в Москве он сменил 4 храма и своими глазами наблюдал за осквернением и разорением всех этих храмов. Рядом был завод МЭЛС, собрание рабочих постановляет снести храм и построить на этом месте клуб. Храм в 1929 г. разрушили, батюшке не разрешили даже взять свои личные вещи. Его дочка Надежда была девушка решительная, в своё время она вышила в подарок отцу пояс, и этот пояс тоже забрали. Надя поехала на Никольскую улицу, где был склад  реквизированных вещей и стала требовать, чтобы отдали  пояс. «Когда я вошла в подвал и увидела хаотично наваленные иконы, богослужебные сосуды, я была рада, что мой пояс лежал сверху. Мне не пришлось копаться и осквернять священные предметы».

Что собой представляло Черкизово в то время - окраина Москвы? Там жили рабочие, ремесленники, кустари. Много было лошадников, среди них много  водовозов ( водопровода нет), извозчики, перевозчики мебели и золотари.  Много было ткачей. Среди кустарей большинство составляли евреи. Родители друг к другу не ходили, но дети дружили крепко. Георгий Павлович пишет: «Потом я вспоминал и думал, почему среди моих друзей детства были практически одни евреи. Я понял, потому что в то время, оскорбление попович, которое неслось мне вслед, звучало так же, как жидёныш. Нас объединяла общая гонимость».

С автором книги в детстве был случай. В Черкизове народ жил простой, с водой было плохо и условия жизни трудные, поэтому было плохо и с гигиеной. В школе часто проводились медосмотры. Сын священника всегда был чисто одет и не подвергался тщательному осмотру. Один раз приехала комиссия из гороно. Детей выстроили и мальчикам приказали снять рубахи. Георгий быстро снял рубашку и вдруг заметил, что все смотрят с ужасом мне на его грудь. Директор школы пошёл красными пятнами, послышался шепот: золотой, золотой… пропаганда…. крест… как он учится…надо разобраться, вызвать мать в школу… Все уходят, оставляя перепуганного ребенка одного. А мальчик в этот момент думает про отца. Георгий старается учиться хорошо, потому что видит, что отцу и так трудно жить - плюют, оскорбляют, обзывают. Сын хочет своими школьными успехами отца ободрить. А теперь он переживает, что из-за этого случая отец расстроится и у него будут неприятности.

Следующее место службы отца Павла - Покровская община сестёр милосердия, в которой поселяются монахини знаменитого Вознесенского монастыря. Монастырь был основан княгиней Евдокией, женой князя Дмитрия Донского в 1387 г. Сама княгиня Евдокия была мастерицей вышивания и научила вышивать своих монахинь. Это было их основной работой. В 1929 г. монастырь закрывают и монахиням разрешают поселиться при Покровском храме - создать общину. И с 1930 г. отец Павел там служит священником и духовником. Первое обвинение было предъявлено ему в 1930 г. За год арестовывают 3 раза, допрашивают, но потом отпускают. Аресты - это каждый раз прощание навсегда, никто не верит, что человек может вернуться.

Почему разрешают существовать артели вышивальщиц? Потому что новой власти требуются мастерицы по изготовлению знамён и портретов вождей. В это время дочь уже взрослая, окончила школу, но учиться её никуда не берут. Девушка сдаёт экзамены успешно, получает хорошие отметки, приходит лист зачисления – а её там нет. Батюшка благословляет ее жить в общине и учиться вышивать. Она вспоминает, что когда жила с монахинями, им заказали вышить портрет Ворошилова. Монахини вышили мундир с застёжками на правую сторону ( как на облачении священнослужителей, сработала привычка). Потом пришлось всё распарывать и перешивать.

Одно время Надиным духовным отцом был отец Иоанн Крестьянкин. Он служил в Москве, его рукополагали в храме Рождества в Черкизове, это был последний храм отца Павла. А потом отец Иоанн уехал в село Летово в Рязанской области, его там гоняли по храмам, а потом он припал к ногам патриарха Алексея (Симанского) и он его благословил поселиться в Псково-Печерской обители. Надежда была его духовной дочерью. В 1930 г. ей 16 лет, поскольку она девушка боевая, идёт к прокурору с вопросом: «Почему меня не берут никуда, я всё сдала?» Тот отвечает: «Ничего вы не добьётесь до тех пор, пока живёте с родителями». В это время к отцу Павлу приходит одна монахиня, которая остаётся без места жительства - Евдокия Иосифовна Лешина, и отец благословляет жить Надю вместе с ней. Они снимают комнату и живут по монастырскому уставу. Частным образом девушка учится на чертёжника и, закончив курсы, идёт работать на завод, где получает служащую карточку. Надежда хочет стать монахиней, но мама не благословляет. Нет монастырей, они закрыты, к тому же мама говорит: «Подвиг замужества не легче монашеского». Отец выбирает ей мужа – Владимира Николаевича Покровского, прожили они 56 лет в мире и согласии.

А матушку Евдокию в 1936 г. ссылают. После ссылки нельзя жить в Москве, она едет в Летово и служит алтарницей у Иоанна Крестьянкина. Надежда Павловна начинает шить параманы – это квадрат из твердой ткани, который монахи носят на спине. Он расшит изображениями предметами казни Христа. Монахи носят параманы на плечах в знак того, что человек обременён грехами и должен постоянно каяться. Но у неё плохое зрение, и отец Иоанн пишет ей: «Я пришлю вам помощников». И присылает ей икону целителей очес – Мина, Лаврентия, Лонгина и святителя Алексея. Брат пишет, что в результате она до 90 лет вышивала параманы без очков и посылала в Псково-Печерскую обитель.

Через дорогу от общины находится храм святителя Николая. Отец Павел начинает помогать тамошнему священнику Георгию Гореву. В 1931 г. отца Георгия арестовывают, и отец Павел остаётся служить в храме святителя Николая. Счастье его служения продолжается только год. Всю жизнь он дружит со своим преподавателем из Казанской духовной академии - архиепископом Евсевием, они так подружились, что потом владыка  в течении всей жизни приезжал к нему в гости. Храм закрывают, но батюшка ходит по ночам к нему молиться. Матушка его за это ругает, говоря: «Не ходи, это очень опасно». Но он ходит ночью, потому что ему кажется, что ночью начнётся разрушение и он в это время хочет молиться. Храм разрушают не ночью, а утром. Подъезжает грузовик, гружённый молодыми людьми, они все возбуждены – у них субботник. Храм построен очень прочно, безбожники хотят снять крест – тот не поддается. Начинается дождик, Разрушители раздражаются и начинают искать виноватых. Конечно, виноват поп, который стоит рядом. Они смотрят на него с ненавистью. Монахи и прихожане тоже смотрят на отца Павла, потому что недавно он призывал молиться  за своих врагов, а теперь стоит растерянный, мокрый.  Отцу Павлу тяжело, потому что он бессилен что-нибудь изменить. Добрый, чуткий и внимательный, он в эти жуткие времена призывал их молиться за врагов. И чем дольше видят монахи эти пляски на крыше алтаря, тем страшнее им видеть молчащего и только содрогающегося отца Павла.

Сын тоже вспоминает этот момент. Он пишет: «Мы пошли с батюшкой, мама ещё предлагала взять зонтик, но зонтик, как и шляпа, очки, – все атрибуты интеллигентного человека, очень раздражали толпу». И отец Павел зонтик не взял. А поскольку шёл дождь, он накрыл сына полой пальто. Георгий Павлович пишет: «Я стоял накрытый отцовским облачением, отца трясло, он сжимал руки и так сильно сжал мне голову, что мне даже стало больно. Но я терпел».

 Последний раз его арестовали 2 ноября 1937 г. Привезли на Лубянку. Помня предыдущие аресты, отец Павел стал готовиться к допросам. Его тогда били, предлагали подписать признание о том, что он такой-сякой. Но на этот раз даже не вызывали. В камере верховодили уголовники, для которых тюрьма была дом родной. В камере отец Павел встретил ещё одного священника. И уголовники ему сказали: вас сошлют на Соловки, туда отправляют всех священников. Один заключенный был сыном латышского стрелка, писал покаянные письма Сталину, утверждал, что его арест - ошибка. Слухи самые невероятные ползут по камере, и вот тут впервые возникает слово «полигон». Ещё никто не знает, что это такое. До этого расстреливали на Лубянке - или в конце коридора, или оглашали приговор и тут же убивали. Но к концу 30-х годов маховик репрессий был так раскручен, что такими «локальными» методами нельзя было справиться с «врагами советской власти». И они придумали полигон. Раньше там была усадьба, потом её реквизировали и устроили полигон, где проходили учебные стрельбы. А потом додумались экскаватором прорывать ров, ставить людей на край и стрелять. Тех, кого не убивали, сталкивали в яму живыми, присыпали землёй, чтобы за ночь собаки не растащили.

Отец Павел и его сокамерники об этом ещё ничего не знают и думают, куда их повезут и что будет дальше. Отец Павел прикидывает: дадут лет 10, приду домой, сколько лет будет жене… Встречает там священника отца Антония. Когда отца Антония вызывают на допрос, тот возвращается совершенно опрокинутый, и отец Павел понимает, что произошло что-то необычное. Отец Павел спрашивает: «Что случилось?». Отец Антоний говорит: «У меня была очная ставка с моим старшим сыном». Оказалось, что у батюшки было двое сыновей. Он хотел, чтобы пошли по его стопам. Один сын был тихий, смирный, богобоязненный. Другой, Кирилл, объявил себя безбожником и стал упрекать отца и семью в том, что они испортили ему жизнь. Он отказался от своей семьи, но его все равно забрали. Сын на очной ставке издевался над отцом, говоря, что тот мракобес и испортил ему жизнь. Отцу Павлу в этот момент стало ужасно стыдно, но не за себя и за отца Антония, а за Кирилла.

Оказывается, был план по врагам народа. По Москве - 5 тысяч, по области - 30 тысяч. А поскольку везде велось социалистическое соревнование, план надо было не только выполнить, но и перевыполнить. При этом  все понимали, что никакие эти люди не враги. Аресты проходили ночью, людей сажали в машину, на которой написано было «Хлеб». Для всего мира они являлись просто уголовными преступниками. Как можно было признаться, что в стране столько врагов, это же был режим победившего народа, всё делается для народа. Откуда столько противников советской власти? У советской власти нет врагов. На фотографиях, сделанных   в тюрьме, был номер и написано «Уголовный розыск». Для внешнего мира они оставались просто уголовниками. А никаких политзаключённых якобы не было.

21 ноября их вывели во внутренний двор тюрьмы, посадили в машину. В этот день дуло так, что даже металлическая дверь шаталась, было очень холодно. У кого были силы, запрыгивали и старались занять места там, где не дует. Но делали они это зря, потому что их набили так, что ни о каком сидении речи быть не могло. Кто-то в щелочку пытался определить, куда везут? Проехали Лубянку, значит не туда. Проехали Ярославский вокзал, значит не на Соловки. И вот по тому, как долго едет машина, люди понимают, что это полигон.

В книге сын очень подробно описывает день смерти отца. Мы должны понимать, что это плод его воображения, свидетелей же не осталось. Но дело в том, что суть передана правильно. Их подвезли к полигону, ввели в комендатуру… Слева полигон, где непосредственно были захоронения. Их выводили, раздевали догола и одежду сваливали сверху. Есть таблица, где написано по дням, сколько человек было расстреляно. За 1937 г. – 10 тыс. 619 человек, за 1938 – 10 тыс. 141 человек. Но это те люди, чьи следственные дела остались. Когда археологи раскапывали расстрельные рвы, то по количеству обнаруженных останков они определили, что там не 20 тыс. лежит. По самым скромным подсчётам 90 тыс. захоронено. Из известных 20 тыс. - 2 тыс. священников. Там лежит митрополит Серафим Чичагов, ему уже было за 80, его несли на носилках ко рву. Шло истребление крещеного народа. Из 20 тыс. было только 900 женщин, 19 тыс. - мужчины. 

Обвинения писали, совершенно не заботясь о логике. Есть дела, где люди не могут расписаться и ставят крестики вместо подписи. А обвиняют его  в троцкизме, антисоветской агитации. Бедный крестьянин, он слов- то таких не знал. Многие погибали, даже не понимая, за что их. Там было много царских офицеров, инженеров, лётчиков, альпинистов, 40 китайцев, 2 итальянских инженера, очень много художников.

Многие архивы были уничтожены. Солдаты, которые расстреливали, работали 3-4 дня, а потом офицер их самих убивал, чтобы не было свидетелей. Перед началом им ставили ведро водки, и они, напившись до полусмерти, стреляли.

Георгий Павлович пишет, что никогда больше не ездил в храм святителя Николая. Последний раз он был там, когда храм окончательно не был разрушен – остался только остов, и на него  это произвело такое тяжёлое впечатление, что решил больше туда никогда не ходить. В семье не знали, что отца ресстреляли. Матушка в 1957 г. думала, что он сидит в тюрьме. Никаких сообщений не было. Говорили: без права переписки. Все думали, что в тюрьме сидит, просто нельзя письма писать. Отец Павел вспоминает, что мама вечером после молитвы разговаривала с мужем, рассказывала ему об успехах детей. Так она и умерла в ожидании мужа. Георгий Павлович вспоминает: однажды его везли в больницу мимо этого храма, и он опять увидел остов разрушенного храма. Ему было очень тяжело.

Когда полигон открыли для посещений, сначала построили деревянную церквушку, она там до сих пор и стоит. Священник пригласил родственников убитых и организовал для них обед. Георгий Павлович оказался за столом с незнакомой женщиной и она сказала ему: можете прийти и помолиться в храме вашего отца, там уже идут молитвы. Он приехал и увидел, что храм святителя Николая восстановлен.

В 2005 году на заседании юбилейного Архиерейского собора Русской Православной Церкви под председательством патриарха Алексия отца Павла включили в собор Новомучеников и исповедников российских. Память его празднуется в день его блаженной кончины.